ВОИН
Военно-исторический журнал "Воин"
Поддерживается Genstab.Ru

Реклама на сайте

Русская гвардейская конная артиллерия при Аустерлице

Часть Вторая

Битва трех императоров, которую считают одна из самых знаменитых побед Наполеона Бонапарта, всегда интересовала исследователей, изучавших военные походы и полководческое искусство великого корсиканца. Настоящая статья, предлагаемая вниманию читателей, не претендует на всесторонний анализ этого события. Она рассказывает лишь о тех эпизодах Аустерлицкого сражения, в которых участвовала русская гвардия.

Прежде чем перейти непосредственно к этой теме, необходимо коротко сказать о численности и дислокации союзных и французских войск при Аустерлице, а также об общем ходе и результатах самого сражения.

Накануне Аустерлицкой баталии, состоявшейся 20 ноября (2 декабря) 1805 г., союзная армия, которой командовал российский генерал от инфантерии М. И. Голенищев-Кутузов, насчитывала около 86,5 тыс. человек (70 тыс. русских и 16,5 тыс. австрийцев) при 318-ти артиллерийских орудиях. Перед сражением ее правое крыло, образованное из русского авангарда генерал-лейтенанта князя П. И. Багратиона (всего около 14 тыс. человек и 48 орудий), стояло поперек дороги, ведущей из Ольмюца в Брюнн, северо-восточнее селения Голубиц. В центре позиции, на высотах между деревнями Працен и Блазовиц располагалась 4-я союзная колонна, состоявшая из российской дивизии генерал-лейтенанта М. А. Милорадовича и австрийской дивизии фельдцейхмейстера графа И. Н. К. фон Коловрата (всего около 16 тыс. человек и 76 орудий). При ней находились император России Александр I, император Священной Римской империи германской нации Франц II и главнокомандующий войсками союзников генерал Голенищев-Кутузов. Левое крыло, которое возглавлял российский генерал от инфантерии граф Ф. Ф. Буксгевден, составляли 1-я, 2-я и 3-я колонны генерал-лейтенантов Д. С. Дохтурова, графа А. Ф. Ланжерона и П. Я. Пржибышевского, а также австрийский авангард фельдмаршал-лейтенанта барона М. фон Кинмайера. Эти войска, насчитывавшие около 39,5 тыс. человек при 136-ти орудиях, находились у деревни Аугезд (на реке Литтаве) и на высотах между Зачанским прудом и селением Працен. В резерве союзники имели 5-ю колонну фельдмаршал-лейтенанта князя И. Лихтенштейна (около 7 тыс. всадников австрийской и русской кавалерии при 18-ти орудиях конной артиллерии), бивакировавшую позади левого крыла, а также российскую гвардию цесаревича и великого князя Константина Павловича (около 10 тыс. человек и 40 орудий), расположенную на высотах впереди Аустерлица и за этим селением.

Французская Великая армия императора Наполеона I накануне сражения насчитывала около 70,5 тыс. человек и 145 орудий, но утром 20 ноября (2 декабря) 1805 г. (уже во время битвы) ее общая численность возросла до 74,8 тыс. человек и 157 орудий. Правое крыло этой армии, занимавшее позиции от Меницкого пруда до Кобельница, состояло вначале из пехотной дивизии генерала К. Ж. А. Леграна (1-й из IV корпуса маршала Н. Ж. Сульта) и легкой кавалерийской дивизии IV корпуса под командой бригадного генерала П. Маргарона (всего около 8,5 тыс. человек при 13-ти орудиях). После того, как эти войска были усилены пехотной дивизией генерала Л. Фриана (2-й из III корпуса) и 4-й драгунской дивизией генерала Ф. А. Л. Бурсье, спешно прибывшими из Райгерна, там было сосредоточено около 12,8 тыс. человек и 25 орудиий под общим начальством маршала Л. Н. Даву, командира III корпуса. Левее их, между Пунтовицем и Гиржиковицем, располагалась группировка маршала Н. Ж. Сульта, в которой числилось более 16,6 тыс. человек и 22 орудия. Ее составляли пехотные дивизии генералов Л. В. Ж. Леблона де Сент-Илера и Д. Ж. Р. Вандамма (1-я и 3-я из IV корпуса). На левом крыле, между селением Гиржиковиц и горой Сантон, занимал свои позиции V корпус маршала Ж. Ланна, за которым размещались главные силы кавалерийского резерва маршала принца И. Мюрата и далее резервы: I корпус маршала Ж.-Б. Ж. Бернадотта, Императорская гвардия маршала Ж.-Б. Бессьера и сводная гренадерская дивизия генерала Н. Ш. М. Удино (она же 1-я дивизия V корпуса, прикомандированная к гвардии). Во всех этих соединениях насчитывалось около 45,3 тыс. человек и 110 орудий.

План союзного командования, разработанный генерал-квартирмейстером армии Кутузова австрийским генерал-майором бароном Ф. фон Вейротером, заключался в следующем. По диспозиции (текст ее включал более 1000 слов), левое крыло союзников под начальством Буксгевдена наступает на Тельниц, Сокольниц и Сокольницкий замок, форсирует там ручей Гольдбах и обходит французов (которые, по-видимому, должны были стоять неподвижно, т. е. в расчет не принимались) с их правого фланга. Войска центра (4-я колонна Коловрата и Милорадовича) должны были, покинув Праценские высоты, наступать к Кобельницу и близ Кобельницкого пруда перейти Гольдбах. После форсирования Гольдбаха всем четырем колоннам следовало повернуть направо и широким фронтом двигаться на север, против главных сил французов. Пока силы левого крыла и центра наступают, войска правого крыла (Багратион) должны были прикрывать это движение, удерживая противника, а затем, при успехе Буксгевдена, самим перейти в решительное наступление против левого крыла армии Наполеона. 5-я колонна и гвардия должны были находиться между центром и войсками Багратиона для поддержания связи. В конечном итоге союзникам, согласно плану Вейротера, предстояло отбросить французов в Моравские горы и открыть себе дорогу на Вену.

Первоначальный план Наполеона напоминал действие турникета - своим левым крылом, где были собраны основные силы французов, император хотел опрокинуть слабое правое крыло союзной армии (войска Багратиона), а на своем правом фланге сосредоточил сравнительно малочисленную группировку (дивизии Фриана и Леграна), целью которой была оборона и сковывание колонн Буксгевдена. Две дивизии IV корпуса (Сент-Илера и Вандамма), находившиеся против Праценских высот, должны были играть вспомогательную роль. Осью же наступления Великой армии, по замыслу императора французов, являлась гора Сантон, занятая по его приказу двумя батальонами пехоты из состава V корпуса (17-м легким полком под начальством бригадного генерала М. М. Клапареда) и сильно укрепленная. Однако в 3 часа утра 20 ноября (2 декабря) Наполеон, разгадавший намерения противника, внес коррективы в свой план. Теперь он решил нанести главный удар по центру армии Кутузова, овладеть Праценскими высотами и, разделив русско-австрийские войска на две части, отбросить затем их северную группировку в Моравские горы, а южную - к Зачанскому пруду.

Благодаря просчетам союзного командования план Наполеона удался, хотя и не в полной мере. Дивизии Сент-Илера и Вандамма захватили Праценские высоты, а I корпус Бернадотта, за которым следовали гвардейцы Бессьера вместе с отборной дивизией Удино, также направился к Працену. В результате, как известно, центр и левое крыло русско-австрийской армии потерпели тяжелое поражение. Войска 4-й союзной колонны были сброшены с Праценских высот и бежали в сторону Аустерлица, а колонны графа Буксгевдена, частью отрезанные французами, частью прижатые к Зачанскому пруду, - понесли огромные потери (особенно пострадали русские полки 2-й и 3-й колонн, потерявшие много людей пленными). Лишь правофланговой группировке князя Багратиона, а также русской гвардии цесаревича Константина удалось отступить в порядке.

Всего в сражении под Аустерлицем в союзной армии выбыло из строя не менее трети личного состава. Согласно ведомости от 25 декабря 1805 г.(6 января 1806 г.) русские войска только убитыми и пропавшими без вести потеряли 19886 человек (без данных по гвардейским частям и уланскому полку Цесаревича).[1] С учетом погибших и без вести пропавших гвардейцев (15 офицеров и 753 нижних чина)[2] и улан Цесаревича (11 офицеров и 194 нижних чина) безвозвратные потери россиян достигали 20858 человек. По французским данным, войска Наполеона взяли в плен при Аустерлице 9777 российских военнослужащих (8 генералов, 27 штаб-офицеров, 290 обер-офицеров, 3 нестроевых чиновника и 9445 нижних чинов), к которым следует прибавить еще 1272 тяжелораненых солдат, подобранных французами и помещенных в госпитали города Брюнн.[3] Кроме того, трофеями армии Наполеона стали 142 орудия русской артиллерии. Урон австрийцев при Аустерлице составил 5922 человека (в т. ч. 1686 пленными) и 34 орудия. Что касается знамен и штандартов, попавших в руки победителей, то их, по французским источникам, былоло 50 (27 русских и 23 австрийских). Наши источники признают потерю лишь 14-ти полотнищ от ротных знамен, принадлежавших шести мушкетерским полкам, причем некоторые из них (например, 5 знамен Галицкого и 3 знамени Азовского полков), по-видимому, были утрачены еще до Аустерлицкого сражения, а именно 4 (16) ноября в бою при Холлабрунне (Шенграбене). Кроме того, русскими войсками были потеряны 23 знаменных древка. Последние, в отличие от освященных по православному церковному обряду полотнищ, не имели для россиян особой ценности, тогда как французы, по аналогии с собственными орлами, считали древки с навершиями и кистями, захваченные или подобранные на поле боя, за полноценные трофеи.[4] Потери наполеоновской армии в битве под Аустерлицем составили, по наиболее полным подсчетам, 9181 человек (1389 убитыми, 7260 ранеными и 532 пропавшими без вести). Кроме того, она лишилась одного из своих орлов, ставшего почетной добычей русских конногвардейцев.

Русская гвардия под командованием цесаревича и великого князя Константина Павловича накануне битвы составляла резерв союзной армии. Войска ее были разделены на две колонны. Первая колонна, бывшая под начальством самого цесаревича, включала 7 батальонов пехоты, 10 эскадронов кавалерии и 28 артиллерийских орудий (10 конных, 12 батарейных и 6 легких). В ночь с 19-го на 20 ноября (с 1-го на 2 декабря) 1805 г. она ночевала впереди селения Аустерлиц. Вторая колонна, возглавляемая генерал-лейтенантом П. Ф. Малютиным и имевшая в своем составе 3 батальона пехоты, 7 эскадронов кавалерии и 12 легких орудий, ночевала у деревни Бучовиц, не доходя несколько километров до Аустерлица. Ниже приведено расписание обеих колонн русской гвардии на день сражения.

1-я гвардейская колонна.

Начальник колонны: цесаревич и великий князь Константин Павлович (шеф Лейб-гвардии Конного и уланского своего имени полков), командующий всей российской гвардией.

Пехота.

1-я бригада.

Командир бригады: генерал-майор Леонтий Иванович Депрерадович 1-й (командир Лейб-гвардии Семеновского полка).

Лейб-гвардии Преображенский полк.

Командующий:[5] полковник Михаил Тимофеевич Козловский 1-й.

Батальон Его Императорского Величества (Лейб-батальон): полковник маркиз Карл Карлович де Виллер (командующий вместо полковника М. Т. Козловского 1-го).

Батальон полкового командира генерал-лейтенанта графа Толстого: полковник Алексей Николаевич Шеншин.

Лейб-гвардии Семеновский полк.

Командующий: полковник Иван Андреевич Вельяминов.

Батальон Его Императорского Величества (Лейб-батальон): полковник Карл Антонович Криднер.

Батальон полкового командира генерал-майора Депрерадовича 1-го: полковник Дмитрий Петрович Ляпунов.

Из 2-й бригады.

Лейб-гвардии Измайловский полк.

Командующий: полковник Матвей Евграфович Храповицкий.

Батальон Его Императорского Высочества великого князя Николая Павловича: полковник Яков Федорович Скарятин 2-й (командующий вместо полковника М. Е. Храповицкого).

Батальон полковника Талызина 2-го: полковник Алексей Иванович Талызин 2-й.

Лейб-гвардии Егерский батальон.

Командир:[6] полковник граф Эммануил Францевич де Сен-При (Сент-Приест).

Кавалерия.

Командующий: генерал-лейтенант Андрей Семенович Кологривов (командир Лейб-гвардии Гусарского полка).

Лейб-гвардии Конный полк.

Командир: генерал-майор Иван Федорович Янкович (Янкович-Демириево).

Эскадрон Его Императорского Высочества цесаревича и великого князя Константина Павловича: полковник граф Адам Петрович Ожаровский 1-й.

Эскадрон полковника Оленина 1-го: полковник Евгений Иванович Оленин 1-й.

Эскадрон полковника Давыдова 1-го: полковник Николай Владимирович Давыдов 1-й.

Эскадрон полковника графа Ожаровского 2-го: полковник граф Козьма Петрович Ожаровский 2-й.

Эскадрон полкового командира генерал-майора Янковича: полковник Петр Алексеевич Чичерин 2-й.

Лейб-гвардии Гусарский полк

Командующий:[7] полковник Илья Михайлович Дука.

Эскадрон Его Императорского Величества (Лейб-эскадрон): полковник Евграф Владимирович Давыдов 2-й.

Эскадрон полковника Дуки: ротмистр Иван Ефимович Трощинский (командующий).

Эскадрон полковника Тутолмина: полковник Дмитрий Федорович Тутолмин.

Эскадрон полковника князя Четвертинского: ротмистр Василий Абрамович Насакин (командующий вместо полковника князя Б. А. Четвертинского, находившегося при генерале от инфантерии М. И. Голенищеве-Кутузове).

Эскадрон полковника Загряжского: полковник Петр Петрович Загряжский.

Артиллерия.

Командующий: генерал-майор Иван Федорович Касперский (командир Лейб-гвардии Артиллерийского батальона).

Лейб-гвардии Артиллерийского батальона конная рота (10 конных орудий): полковник василий Григорьевич Костенецкий.

Лейб-гвардии Артиллерийского батальона батарейная Его Императорского Высочества великого князя Михаила Павловича рота (10 батарейных орудий): полковник Федор Федорович Ралль.

1-й, 3-й и 5-й взводы[8] Лейб-гвардии Артиллерийского батальона легкой роты генерал-майора Касперского (6 легких орудий): капитан Александр Христофорович Эйлер.

1-й взвод Лейб-гвардии Артиллерийского батальона легкой роты полковника Реслейна (2 батарейных орудия).[9]

2-я гвардейская колонна.

Начальник колонны: генерал-лейтенант Петр Федорович Малютин (командир Лейб-гвардии Измайловского полка и командующий всей гвардейской пехотой).

Пехота.

Лейб-Гренадерский полк (3 батальона).[10]

Командир: генерал-майор Василий Михайлович Лобанов (одновременно командовал 2-й бригадой гвардейской пехоты, в которую, кроме Лейб-Гренадерского полка, входили Лейб-гвардии Измайловский полк и Лейб-гвардии Егерский батальон).

Кавалерия.

Кавалергардский полк.

Командир:[11] генерал-майор Николай Иванович Депрерадович 2-й.

Эскадрон Его Императорского Величества (Лейб-эскадрон): полковник Алексей Николаевич Авдулин 1-й.

Эскадрон полковника Титова: полковник Николай Васильевич Титов.

Эскадрон полковника Ушакова 2-го: полковник Сергей Иванович Ушаков 2-й.

Эскадрон полковника князя Репнина: полковник князь Николай Григорьевич Репнин (Репнин-Волконский).

Эскадрон полкового командира генерал-майора Депрерадовича 2-го: полковник Александр Львович Давыдов.

Лейб-гвардии Казачий полк.

Командующий:[12] полковник Петр Аврамьевич Чернозубов 5-й.

Эскадрон Его Императорского Величества (Лейб-эскадрон): полковник Захар Егорович Егоров 1-й.

Эскадрон полковника Чернозубова 5-го: ротмистр Андрей Степанович Бирюков 1-й (командующий).

Артиллерия.

Командующий: полковник Федор Иванович Реслейн (шеф легкой своего имени роты Лейб-гвардии Артиллерийского батальона).

2-й, 3-й, 4-й и 5-й взводы Лейб-гвардии Артиллерийского батальона легкой роты полковника Реслейна (8 легких орудий).

2-й и 4-й взводы Лейб-гвардии Артиллерийского батальона легкой роты генерал-майора Касперского (4 легких орудия).

Всего в корпусе цесаревича Константина было 10 батальонов пехоты (в т. ч. 7 гвардейских), 17 эскадронов кавалерии и 40 орудий (10 конных, 12 батарейных и 18 легких). Точная численность этих войск в день Аустерлицкого сражения неизвестна, но за месяц до него (20 октября (1 ноября) 1805 г.) они насчитывали 326 офицеров, 10032 строевых нижних чинов (833 унтер-офицера, 314 музыкантов и 8885 рядовых), всего 10358 человек.[13] Кроме того, в них было 876 нестроевых чинов, не входивших в боевой состав частей. Поскольку до 20 ноября (2 декабря) гвардейский корпус не участвовал в боях, а его убыль на марше была сравнительно невелика, то можно предположить, что при Аустерлице он имел в строю примерно 10 тыс. человек (из них 6,5 тыс. в 1-й колонне цесаревича и 3,5 тыс. - во 2-й колонне Малютина). Более подробные сведения о численности частей российской гвардии приведены в нижеследующей таблице, составленной на основе строевого рапорта корпуса цесаревича Константина от 20 октября (1 ноября) 1805 г. [РГВИА. Ф. 26. Оп. 1/152. Д. 300. Л. 403об.-404].

Таблица № 1. Количество людей и лошадей, состоявших налицо в войсках цесаревича и великого князя Константина Павловича 20 октября (1 ноября) 1805 г.

Цесаревич Константин Павлович, пославший еще ночью приказание 2-й гвардейской колонне генерал-лейтенанта Малютина спешить к Аустерлицу, сам с войсками 1-й гвардейской колонны выступил в восьмом часу утра 20 ноября (2 декабря) по маршруту, указанному в диспозиции. Гвардия двинулась вперед, построенная в одну колонну. Утро было холодное, пасмурное, густой туман лежал по всей местности. Пройдя около версты, гвардейцы стали переходить Раусницкий ручей у Валькмюле. Ручей этот, который везде можно было перейти вброд, протекал между довольно высокими и крутыми возвышенностями, особенно на правом берегу. Возвышенности эти образовывали вдоль по течению непрерывный ряд оврагов, у дороги берега были для удобства проезда срыты отлого и соединены плотиной. На противоположном берегу ручья местность была частью ровная, частью волнистая, кое-где покрытая виноградниками. От прошедшего дождя глинистая почва размокла, особенно вне дороги, где лошади глубоко вязли в грязи. По дороге, благоларя отводным каналам, уносившим воду, проехать было гораздо легче. Во время переправы гвардии через ручей легкий ветер с левой стороны донес первый гул отдаленных выстрелов - это на крайнем левом фланге союзников войска Кинмайера и Дохтурова начали атаку Тельница. Около 9-ти часов утра войска 1-й гвардейской колонны поднялись на отлогую возвышенность в виду Блазовица в следующем порядке: Лейб-гвардии Гусарский полк (генерал-лейтенант А. С. Кологривов) - 5 эскадронов; 1-й взвод легкой роты Касперского (поручик Н. И. Жадовский) - 2 орудия; Лейб-гвардии Преображенский полк (полковник М. Т. Козловский 1-й) - 2 батальона; батарейная рота Его Высочества (полковник Ф. Ф. Ралль) - 10 орудий; Лейб-гвардии Семеновский полк (генерал-майор Л. И. Депрерадович 1-й) - 2 батальона; 3-й взвод легкой роты Касперского (подпоручик Н. П. Демидов) - 2 орудия; 1-й взвод легкой роты Реслейна (подпоручик А. Я. Сукин) - 2 орудия; Лейб-гвардии Измайловский полк (полковник М. Е. Храповицкий) - 2 батальона; Лейб-гвардии Егерский батальон (полковник граф Э. Ф. де Сен-При); 5-й взвод легкой роты Касперского (подпоручик А. Ф. Козлов) - 2 орудия; Лейб-гвардии Конный полк (генерал-майор И. Ф. Янкович) - 5 эскадронов; конная артиллерийская рота (полковник В. Г. Костенецкий) - 10 орудий.[14]

Туман начал рассеиваться, и солнце осветило окрестности. Впереди и несколько вправо, на расстоянии около одного километра, виднелась деревня Блазовиц, а влево, как острова, чернели Праценские высоты. Далеко впереди гвардии видно было движение войск, заметное только по нескольким скачущим всадникам - их приняли за кавалерию князя И. Лихтенштейна, которая, согласно диспозиции, должна была связывать четыре колонны левого крыла и центра союзников с войсками князя Багратиона. В действительности 5-я колонна Лихтенштейна еще не успела занять свое место, поскольку была задержана при выступлении с места ночлега. Кто-то перепутал диспозицию и, вместо того, чтобы двинуться на север, часть кавалерии Лихтенштейна направилась на юг. Когда ошибка выяснилась, эта конница пошла постепенно в назначенное ей по диспозиции место, вследствие чего она разрезала 2-ю союзную колонну графа А. Ф. Ланжерона и более чем на час остановила ее движение. Выведенный из терпения, Ланжерон двинулся вперед и разрезал кавалерийскую колонну, остановив ее продвижение. Только после 9-ти часов утра кавалерия Лихтенштейна начала подходить в район Блазовица, причем впереди, в голове колонны, следовал русский уланский полк Цесаревича (остальные полки несколько отстали). Однако в тот момент, когда к Блазовицу подошла русская гвардия (около 9-ти часов), там еще не было союзной конницы.

Французские войска маршалов Ланна и Мюрата тогда уже начали свое наступление против войск Багратиона, выстроившихся перпендикулярно Ольмюцкой дороге. Пехотные дивизии генералов Л. Г. Сюше и М. Ф. О. Каффарелли дю Фальга, прикрытые с фронта легкой кавалерийской дивизией I корпуса под начальством дивизионного генерала Ф. Э. Келлермана, а с левого фланга - легкой кавалерийской дивизией V корпуса под командой бригадного генерала Ж. Л. Ф. Фоконне, в 9 часов утра двинулись на восток по обеим сторонам Ольмюцкой дороги. Южнее дороги наступал Каффарелли (1-я дивизия III корпуса, временно переданная в корпус Ланна), а севернее - Сюше (3-я дивизия V корпуса). Обе дивизии были построены в две линии батальонных колонн. Правый фланг Каффарелли, состоявший из 13-го легкого пехотного полка бригады генерала Ж. А. Эпплера (в первой линии) и 51-го линейного пехотного полка бригады генерала Ж. Л. Де Бийи (во второй линии),[15] следовал как раз туда, где по диспозиции Вейротера должны были находиться кавалеристы Лихтенштейна и русская гвардия, а именно в пространство между селениями Блазовиц и Круг. Легкая кавалерийская дивизия Келлермана (12 эскадронов гусар и конных егерей, всего 1267 человек) наступала впереди пехоты Каффарелли в эскадронных колоннах, прикрытая цепью конных застрельщиков. Остальные дивизии Мюрата - 2-я и 3-я драгунские генералов Ф.А. Вальтера и Ш. Ж.. Буайе,[16] 1-я и 2-я тяжелые кавалерийские (кирасирские) генералов Э. А. М. Шампьона де Нансути и Ж. Ж. А. Д`Опуля - двигались позади пехоты V корпуса. Правее войск Ланна и Мюрата начали наступать к Гиржиковицу пехотные дивизии генералов О. М. Риво и Ж.-Б. Друэ из I корпуса Бернадотта, а за ними - Императорская гвардия Бессьера и сводная гренадерская дивизия Удино.

Наступавшие французские войска были, по-видимому, приняты гвардейской колонной цесаревича за союзную кавалерийскую колонну Лихтенштейна. Однако этот самообман длился недолго. Вдруг раздались орудийные выстрелы, и на Праценских высотах заблистали огни. Там две дивизии IV корпуса маршала Сульта, направленные Наполеоном в атаку (справа Сент-Илер, слева Вандамм), завязали бой с частями 4-й колонны союзной армии. Известно, что Кутузов, не желая покидать этих важных в тактическом отношении возвышенностей, почти на два часа задержал выступление 4-й колонны, однако по личному повелению Александра I все же был вынужден начать спуск по направлению к Кобельницу. Именно тогда Сульт и совершил свой львиный прыжок на Праценские высоты.

Тем временем 1-я гвардейская колонна цесаревича выстроилась, наконец, в боевой порядок. Захождением с левого фланга она развернулась следующим образом: пехота стала в две линии развернутым фронтом - в первой линии справа Преображенский, слева Семеновский полки, а во второй линии - соответственно Измайловский полк и Егерский батальон. Позади пехоты расположилась кавалерия: за правым флангом - Конный полк, за левым - Гусарский. Каждый кавалерийский полк, развернув свои эскадроны один за другим, построился в колонну по-эскадронно. Артиллерия была размещена в интервалах и на флангах пехоты. В центре первой линии, между Преображенским и Семеновским полками, встали на принятых интервалах в 9 шагов 10 орудий батарейной роты Его Высочества, на правом фланге лейб-батальона преображенцев - 2 легких орудия подпоручика Н. И. Жадовского, на левом фланге семеновцев - 2 легких орудия подпоручика Н. П. Демидова. Во второй линии заняли позицию 2 батарейных орудия подпоручика А. Я. Сукина (на правом фланге шефского батальона Измайловского полка) и 2 легких орудия подпоручика А. Ф. Козлова (на левом фланге лейб-егерей). Два взвода конной артиллерийской роты (поручиков Р. И. Захарова и А. Ф. Ралля) под командой штабс-капитана П. А. Козена встали во взводной колонне за Лейб-гвардии Конным полком, а три других взвода (поручиков Д. А. Столыпина, Н. Р. Сеславина 1-го и подпоручика графа К. И. Остен-Сакена), которые возглавлял сам ротный командир полковник В. Г. Костенецкий, - за лейб-гусарами.

Едва успела гвардия построиться в боевой порядок, как засвистели неприятельские ядра и рикошетировали на излете перед самым ее фронтом. Одно из них вырвало целый ряд преображенцев. Эти совершенно неожиданные выстрелы показали цесаревичу, что гвардия стечением обстоятельств попала в первую линию, усилившаяся же пальба слева возвестила, что у Працена завязалось жаркое дело. Цесаревич принял решение занять деревню Блазовиц, находившуюся впереди его левого фланга. Для этого он выслал Лейб-гвардии Егерский батальон полковника графа Э. Ф. де Сен-При с двумя орудиями (взводом поручика Козлова из легкой роты Касперского). Одновременно цесаревич расположил свою кавалерию на флангах боевого порядка. Один эскадрон конногвардейцев стал развернутым фронтом на правом фланге первой линии, а остальные 4 эскадрона - за второй линией в колоннах; подобным образом на левом фланге расположились лейб-гусары. На оконечности наружных флангов эскадронов, развернутых в первой линии, стали по два орудия конной артиллерийской роты полковника Костенецкого (правее конногвардейского эскадрона - I-й взвод поручика Захарова, левее лейб-гусарского эскадрона - 3-й взвод поручика Столыпина), остальные взводы остались за колоннами кавалерии - один за Конной гвардией, два - за Гусарским полком.

Как только полковник Сен-При со своими егерями и двумя орудиями занял Блазовиц (куда также подошел австрийский батальон, оставленный в этом районе Коловратом), его атаковал французская пехота. Это была бригада генерала Эпплера, состоявшая из одного 13-го легкого полка полковника Пьера Кастекса (Сastex), и, как уже было сказано, находившаяся на крайнем правом фланге первой линии дивизии Каффарелли. После того, как 2-й батальон 13-го легкого ворвался в деревню с северо-запада, там завязался горячий бой. Полковник Кастекс, дним из первых вступивший на окраину Блазовица, был при этом убит, получив пулю в лоб. Австрийский пехотный батальон, состоявший из рекрутов, побросал ружья и разбежался. Граф де Сен-При, чьи егеря оказали французам стойкое сопротивление, попросил помощи у цесаревича. Тот выслал ему в подкрепление командирский батальон Семеновского полка с двумя орудиями подпоручика Демидова. Два гвардейских батальона (с приданными орудиями) оборонялись некоторое время против двух батальонов французского 13-го легкого полка, но затем последних поддержал 51-й линейный пехотный полк полковника Ж. А. Г. А. Бонне д`Онньера (Bonnet d`Honnières), следовавший во второй линии правого фланга дивизии Каффарелли. 2-й батальон 51-го полка обошел Блазовиц с севера и попытался отрезать русским батальонам путь к отступлению. Это обстоятельство заставило гвардейцев отступить под прикрытием картечного огня четырех легких орудий, соединенных вместе. Обоим русским батальонам вместе с артиллерийскими взводами Козлова и Демидова удалось благополучно присоединиться к главным силам колонны цесаревича и занять свои прежние места. Тем не менее, они понесли в бою за Блазовиц чувствительные потери. Французы захватили в деревне около 300 пленных (русских и австрийцев), значительную часть которых составляли раненые. Цесаревич решил отбить у неприятеля Блазовиц и с этой целью начал общее движение вперед.

В то время, когда гвардия двинулась к Блазовицу, от которого ее отделяло около 850 метров, на место боя прибыла, наконец, основная часть кавалерии князя И. Лихтенштейна.[17] В войсках цесаревича быстро приближающуюся слева конницу сначала приняли за французов, однако это был Уланский полк Его Императорского Высочества Цесаревича Константина Павловича, шедший в голове 5-й союзной колонны. Он был единственным полком русской кавалерийской дивизии генерал-лейтенанта А. А. Эссена 2-го, входившим в колонну Лихтенштейна (остальные ее полки действовали под командой генерал-лейтенанта В. Ф. Шепелева в составе авангарда князя П. И. Багратиона). Уланский полк Цесаревича, насчитывавший тогда около 1300 всадников,[18] подразделялся на два батальона по 5 эскадронов в каждом, причем первый батальон назывался по имени полкового шефа, а второй - полкового командира. Ниже приведено расписание всех его эскадронов по состоянию на 20 ноября (1 декабря) 1805 г.

Уланский полк Его Императорского Высочества Цесаревича и Великого Князя Константина Павловича.

Командир: генерал-майор барон Егор Иванович Меллер-Закомельский 1-й.

Полковой адъютант: поручик Иван Никифорович Заборинский 1-й.

Адъютант командира полка: поручик Григорий Францевич Керцелий.

Батальон шефа (Его Императорского Высочества цесаревича и великого князя Константина Павловича): полковник граф Иван Васильевич Мантейфель.

Эскадрон шефа (Его Императорского Высочества): полковник граф Андрей Иванович Гудович.

Эскадрон ротмистра Мезенцева: ротмистр Михаил Иванович Мезенцев.

Эскадрон майора Фридерици: майор Василий Карлович Фридерици (Фридериций).

Эскадрон ротмистра Ганемана: ротмистр Антон Леонтьевич Ганеман.

Эскадрон полковника графа Мантейфеля: ротмистр Осип Осипович Дезопис (командующий).

Батальон полкового командира (генерал-майора барона Меллера-Закомельского 1-го): полковник Антон Степанович Чаликов.

Эскадрон полкового командира (генерал-майора барона Меллера-Закомельского 1-го): ротмистр Владимир Иванович Оленин.

Эскадрон полковника Бибикова: штабс-ротмистр Дмитрий Гаврилович Радулович (командующий вместо полковника С. М. Бибикова, прикомандированного к Лейб-гвардии Конному полку).

Эскадрон ротмистра Лорера: ротмистр Александр Иванович Лорер.

Эскадрон ротмистра князя Хилкова: ротмистр князь Иван Михайлович Хилков.

Эскадрон полковника Чаликова: ротмистр Василий Ильич Григорович (командующий).

Узнав характерные шапки и синие с красными лацканами куртки своих подшефных улан, цесаревич поскакал к ним. Он поздоровался с солдатами, обнял полкового командира - генерал-майора барона Е. И. Меллер-Закомельского 1-го[19] и, обратившись к фронту, сказал: Ребята, помните, чье имя вы носите, не выдавай! Храбрый барон Меллер, не стал дожидаться, пока подойдут и построятся для атаки следовавшие сзади австрийские кирасирские полки. Едва успев развернуть свои десять эскадронов, он бросился с ними на неприятеля, а именно на легкую кавалерийскую дивизию Келлермана и наступавшую за ней пехотную дивизию Каффарелли.

Уланский полк Цесаревича развернулся в линию: справа шефский батальон (полковника графа И. В. Мантейфеля), слева - командирский батальон (полковника А. С. Чаликова). Генерал-лейтенант Александр Александрович Эссен 2-й (шеф Черниговского драгунского полка), командовавший всей русской конницей 5-й колонны, находился вместе с уланами и принял участие в атаке. Полковой командир барон Меллер-Закомельский скакал впереди шефского батальона. С громким криком ура, размахивая саблями, уланы обрушились на врага, - атака, произведенная галопом, была решительной и застигла французскую кавалерию врасплох. Генерал Келлерман слишком поздно заметил охват своего фланга. Он скомандовал: По первому эскадрону 2-й бригады перемена фронта назад, но его дивизия не успела завершить это перестроение. Русские эскадроны ударили с фланга на правофланговую 1-ю бригаду, которой командовал бригадный генерал Ф. К. А. Вагнер Ван Маризи. Составлявшие ее 2-й и 5-й гусарские полки полковников Ж. Ф. Т. Барбье и Ф. К. Н. Шварца имели каждый по три эскадрона и насчитывали соответственно 328 и 342 человек. Они не смогли противостоять атаке русских улан, и были опрокинуты. Преследуя бегущих, полк Цесаревича опрокинул затем оба полка левофланговой 2-й бригады генерала Ж. Д. Пикара - 4-й гусарский и 5-й конно-егерский полковников А. Бюрта и К. Л. К. Корбино (всего 6 эскадронов, 597 сабель). Коричневые, белые, красные ментики гусар и зеленые доломаны конных егерей смешались с синими куртками храбрых улан. Вся масса всадников устремилась на французскую пехоту и артиллерию, составлявшую первую линию дивизии Каффарелли.

Французские кавалеристы проскочили сквозь интервалы между батальонами 17-го и 30-го линейных пехотных полков бригады генерала Ж. Л. Демона (1-й бригады дивизии Каффарелли).[20] Уланы, преследуя их, также ворвались сквозь интервалы, смяв при этом часть 17-го линейного полка полковника Н. Ф. Конру (Сonroux). Стоявшие на правом фланге этой пехоты три орудия I-й роты 7-го пешего артиллерийского полка были захвачены первым эскадроном улан Цесаревича под командой молодого графа Гудовича. Прислуга батареи стойко оборонялась саблями и банниками, некоторые уланы, спешившись, продолжали бой с артиллеристами. Основные же силы полка оказались, тем временем, между двумя линиями французской пехоты, батальоны которой, успев построиться в каре, открыли по всадникам жестокий огонь. Стоявший во второй линии 61-й полк линейной пехоты[21] по приказу своего командира полковника Ж. Никола (Nicolas) встретил несущуюся на него массу своих и чужих кавалеристов залпом с 25 метров. Французские гусары и конные егеря отхлынули с фронта пехотных батальонов и скрылись в их интервалах. Под прикрытием 61-го линейного полка Келлерман сумел быстро перестроить свою дивизию в две линии и перешел в контратаку.

В это время русские уланы метались между двумя линиями вражеских каре, - обстреливаемые со всех сторон, они несли большие потери; храбрый, но неопытный полк смешался, порядок нарушился. Донские лошади многих улан оказались неприученными к мундштуку: закусив удила, они заносили своих всадников в самую гущу неприятеля. Контратака Келлермана довершила расстройство. Желая отомстить за предшествующую неудачу, французские полки из бригад Ван Маризи и Пикара ударили во фланг русским уланам. Опрокинутые в свою очередь, эскадроны полка Цесаревича были вынуждены при своем отходе проскакивать через интервалы батальонов первой линии дивизии Каффарелли, обстреливающих их ружейным огнем. Многие офицеры выбыли из строя именно в этот критический момент боя. Оказавшись в самом невыгодном положении, уланы бросили захваченные орудия и обратились в бегство. Только небольшая часть полка, осыпаемая ружейными пулями, смогла в полном расстройстве вырваться из схватки и успела врассыпную присоединиться к войскам князя Багратиона, - их было не более 200 всадников под командой полковника графа Мантейфеля, остальные были ранены, убиты, попали в плен, потеряли лошадей или рассеялись в разные стороны. Уцелевшие уланы пронеслись до Круга и присоединились позади этой деревни к стоявшей за Голубицким оврагом (на левом фланге Багратиона) русской кавалерийской дивизии генерал-лейтенанта Ф. П. Уварова.[22]

При контратаке Келлермана был тяжело ранен и попал в плен командир улан, генерал-майор барон Е. И. Меллер-Закомельский 1-й. Он с самого начала атаки мчался впереди своего полка и первым окрасил свое оружие вражеской кровью. В разгар схватки между линиями пехоты Каффарелли ружейная пуля ударила его в грудь, но скользнула по орденскому кресту Святого Владимира. Удар вызвал спазм в груди генерала и перехватил ему дыхание. В это время контратаковавшие французские гусары 5-го полка наскакали на Меллер-Закомельского и начали рубить его. Ротмистр К. В. Ржевский, корнеты И. И. Бизяев и И. И. Пантелеев бросились на помощь своему командиру и защищали его до последней крайности, но их героическое сопротивление было сломлено, и все эти офицеры, будучи ранены, сами оказались в плену. Честь пленения русского генерала принадлежит трубачу 5-го гусарского полка по фамилии Пинсемай (Pincemaille), который, кстати, сам был ранен в том бою. Впоследствии Меллер-Закомельский подарил победителю свои часы в знак признательности за заботу о его ранах. Генерал-лейтенант А. А. Эссен 2-й, атаковавший вместе с уланским полком Цесаревича, был тогда же смертельно ранен (он умер в декабре 1805 г. в Венгрии).

Потери русских улан были очень велики. Известно, что из 59-ти офицеров полка Цесаревича, принимавших участие в атаке, выбыло из строя 28. Убиты были поручик Э. Ф. Набель и корнет И. С. Страхов; умерли от ран ротмистр А. Л. Ганеман (раненый пулей в пах и банником в голову, он умер спустя два месяца после сражения) и корнет М. М. Михайлов (умер через три дня); ранены и контужены: полковник А. С. Чаликов, ротмистр князь И. М. Хилков, поручики М. С. Готовицкий, А. М. Ассонов, В. А. Шаколовский, А. Б. Меллер и Г. М. Трифкович, корнеты С. С. Беседин, П. Т. Ильин, Рибасов, В. И. Кольчевский I-й, К. Х. Мейер 2-й, М. М. Голофеев 1-й, П. М. Голофеев 2-й, А. М. Мещеринов и К. Ф. Дембовский. Ранены и попали в плен: генерал-майор барон Е. И. Меллер-Закомельский 1-й (оставался в плену до 1807 г.), майор В. К. Фридерици, ротмистры А. И. Лорер, В. И. Оленин и К. В. Ржевский, поручик Никич, корнеты И. И. Бизяев и И. И. Пантелеев. Было убито и пропало без вести также 194 нижних чинов, в т. ч. 3 юнкера, 2 вахмистра, 8 унтер-офицеров, 174 рядовых и 5 нестроевых. Количество раненых улан, избежавших плена, точно не известно.[23] Воинские чины полка Цесаревича, которые во время битвы укрылись в вагенбурге (9 офицеров и 208 нижних чинов), подверглись наказанию. Император Александр I повелел лишить провинившихся офицеров права на дальнейшее производство, а нижним чинам прибавить по 5 лет к сроку их службы.

Во время схватки дивизии Каффарелли с уланами Цесаревича к фронту русской гвардии приблизилась со стороны Блазовица небольшая группа французской кавалерии (по источникам трудно определить, кто это был - возможно, один из эскадронов 3-й драгунской дивизии, наступавшей правее корпуса Ланна). Первый эскадрон лейб-гусар ударил на эту кавалерию и отбросил ее до самой французской пехоты, но затем был встречен ружейным огнем и вынужден был возвратиться на свое прежнее место (т.е. на крайний левый фланг первой линии гвардии Константина). В этот момент к полю боя подошли пехотные дивизии генералов Риво и Друэ из корпуса Бернадотта, за которым следовала Императорская гвардия под командой Бессьера. Эти войска перешли ручей Бозениц между Гиржиковицем и Пунтовицем и двинулись южнее Блазовица в направлении Праценских высот.

В это время захватившие Праценские высоты дивизии Сент-Илера и Вандамма, отразив контратаки русских и австрийских полков 4-й колонны Милорадовича и Коловрата, выдвинулись вперед, преследуя расстроенного противника. Для прикрытия движения их левого фланга на высотах были оставлены под начальством бригадного генерала Ж. Ф. И. М. Шинера (Schiner) два батальона пехоты из дивизии Вандама - I-й батальон 4-го линейного полка и 2-й батальон 24-го легкого полка, всего около 1400 человек.[24]

Тем временем, после атаки улан Цесаревича, Великий князь Константин решил предпринять силами своей боевой линии движение в направлении Працена. Еще раньше, получив извещение от императора Александра о неудачном бое 4-й колонны и просьбу оказать поддержку войскам Милорадовича, Цесаревич выслал к центру союзной армии I-й батальон Измайловского полка с двумя батарейными единорогами подпоручика Сукина (I-й взвод легкой роты Реслейна). Этот отряд так и не нашел войск центра и, проплутав до вечера, присоединился к остаткам 4-й колонны.

По уходе этого батальона цесаревич решил последовать в сторону Працена с основными силами своей колонны и, заведя весь боевой порядок отделениями налево, повел гвардию по косогору к Праценским высотам. Пройдя в юго-западном направлении, гвардейцы увидели высоты, уже занятые неприятелем. Это были батальоны генерала Шинера, еще далее, позади них, наступала пехота Бернадотта. Цесаревич приказал Преображенскому и Семеновскому полкам, бывшим в первой линии, идти в атаку. Поспешив броситься в штыки с расстояния в 300 шагов, передние шеренги преображенцев запыхались, однако опрокинули цепи французских застрельщиков. Гвардейская артиллерия, особенно батарейная рота Его Высочества, сильно способствовала своим огнем наступлению пехоты. Тем не менее, несмотря на первоначальный успех дела, цесаревич, разобравшись в обстановке, счел, что надвигавшиеся на него силы французов слишком велики и, остановив наступление своей пехоты, стал готовиться к отходу. По просьбе генерал-майора Касперского он отправил назад на Валькмюльскую переправу батарейную роту Его Высочества. Несмотря на протесты командира этой роты полковника Ралля, батарейные орудия покинули занимаемую ими выгодную позицию, с которой они до этого успешно поражали противника, и были отведены в тыл за ручей Раусниц в сопровождении Лейб-гвардии Егерского батальона, выделенного для их прикрытия. Таким образом, при пехоте гвардии осталось только 6 легких орудий. Чтобы прикрыть отступление своей боевой линии, цесаревич решил бросить в атаку кавалерию - Лейб-гвардии Конный и Гусарский полки. Оба полка двинулись в атаку с флангов пехоты: справа конногвардейцы под начальством генерал-майора И. Ф. Янковича, слева - гусары, при которых находился генерал-лейтенант А. С. Кологривов. Конный полк был построен перед атакой в две линии, имея в первой три, а во второй - два эскадрона. Полковник Костенецкий с тремя взводами (шестью орудиями) своей роты поддерживал атаку с левого фланга, а штабс-капитан Козен с остальными двумя взводами (четырьмя орудиями) - с правого. Был полдень, когда русские конногвардейцы атаковали I-й батальон 4-го линейного пехотного полка. При этом батальоне, которым командовал батальонный шеф Никола Филипп Ги (Guye), находился также майор Огюст Жюльен Бигарре (Bigarré) - 30-летний уроженец острова Бель-Иль, бывший моряк и капитан гвардейских пеших егерей. В отсутствие полковника принца Жозефа Бонапарта, находившегося тогда в Париже, этот храбрый бретонец возглавлял тогда 4-й линейный полк, состоявший большей частью из жителей Гаскони.

Когда маршал Сульт, чьи войска к югу от Працена вели бой с отступившими войсками Милорадовича и Коловрата, обнаружил слева русскую колонну из всех родов оружия (это была гвардия цесаревича), он приказал генералу Вандаму отправить в этом направлении один батальон для наблюдения за приближавшейся колонной. Адъютант Вандама капитан Венсан передал соответствующий приказ генерала майору Бигарре. Тот повел 1-й батальон своего полка в сторону противника и вскоре очутился против боевой линии русской гвардии. Хотя застрельщики батальона, вступившие в бой с русскими, были отброшены штыковой атакой гвардейцев, огонь французской артиллерии, расположенной сзади на плато, остановил наступательный порыв русской пехоты. Однако вскоре на батальон обрушилась первая линия Лейб-гвардии Конного полка во главе с генерал-майором Янковичем (три эскадрона - Давыдова 1-го, графа Ожаровского 2-го и полкового командира). Гасконцы успели свернуть свои ряды в каре и, встретив конногвардейцев ружейным залпом, отбили их атаку. Тогда первую линию конногвардейцев сменила вторая, возглавляемая полковником Е. И. Олениным, а штабс-капитан П. А. Козен быстро выдвинул вперед свои четыре орудия и с близкого расстояния (около 200 метров) обстрелял французов картечью. Орудия Козена дали пять смертоносных залпов и привели I-й батальон 4-го линейного полка в сильное расстройство. Тут на французских пехотинцев и обрушились два эскадрона второй линии Конной гвардии (лейб-эскадрон полковника графа Адама Ожаровского 1-го и эскадрон полковника Оленина 1-го). Эта стремительная атака конногвардейцев увенчалась полным успехом, чему способствовало то обстоятельство, что французы (по свидетельству Бигарре) не успели перезарядить ружья в момент нападения. Всадники врезались в ряды батальона, прорвали каре и начали рубить пехотинцев.

Третий взвод эскадрона полковника Оленина во главе с поручиком А. П. Хмелевым 1-м наскакал на группу французских солдат, в которой находился орел батальона. В завязавшейся схватке старший сержант Гувьон Сен-Сир (племянник будущего маршала Л. Гувиона Сен-Сира), несший орла, был сбит с ног и изрублен (получив 20 ударов палашом, он, тем не менее, остался жив). Правофланговый карабинер 3-го взвода конногвардейцев рядовой Гаврилов, увидев, что французский орел лежит на земле, соскочил с коня, но едва он успел передать орла ехавшему сзади рядовому Омельченко, как был поражен штыками в оба бока и упал замертво. Французы бросились с яростью отбивать орла, но рядовые Ушаков и Глазунов защитили драгоценный трофей. Позже Ушаков, Глазунов и Омельченко доставили захваченную у неприятеля полковую эмблему к августейшему шефу полка - цесаревичу Константину.

I-й батальон 4-го полка линейной пехоты был рассеян: более 200 человек изрублено (правда, только 18 из них убито), а остальные обращены в бегство. Сам майор Бигарре получил 25 сабельных ударов по голове, рукам и плечам, однако сумел спастись. Батальоныый шеф Ги также был ранен, одиннадцать других офицеров выбыли из строя. В это время на помощь батальону 4-го линейного полка подошел справа со 2-м батальоном 24-го легкого полка полковник Бернар Пурайи (Pourailly). К несчастью для французов, вышеупомянутый полковой командир совершил трагическую ошибку - вместо того, чтобы построить свой батальон в каре, он развернул его в линию. Конногвардейцы с одной стороны и лейб-гусары с другой атаковали французскую линию и опрокинули ее. При этом 2-й батальон 24-го легкого полка понес значительный урон. Батальонный шеф Кун (Kuhn) был ранен, орлоносец убит, и орел батальона остался лежать на земле, не замеченный в сумятице боя ни русскими, ни французами. Позже один унтер-офицер из 4-го линейного подобрал эту эмблему, приняв ее за потерянного орла своей части (после того, как ошибка выяснилась, орел был возвращен 24-му легкому полку). Кстати, в тот же день 2-й батальон 4-го полка линейной пехоты компенсировал утрату одной из своих полковых святынь, захватив при штурме Ауезда целых два неприятельских знамени.[25] Признав, что тем самым весь 4-й полк искупил свою вину, император Наполеон на смотре 13(25) декабря 1805 г. вручил его I-му батальону нового орла.

Часть Вторая

[25] О. Ж. Бигарре в своих мемуарах указал, что знамена, взятые его полком в Ауезде, принадлежали Московскому мушкетерскому полку, однако русские источники это опровергают.

(c) Генштаб.Ру
Илья Кудряшов